День третий. 17 мая, вторник. Олимпия

На третий день у нас была назначена аудиенция у Зевса Олимпийского.
Дорога в Олимпию обещала быть сложной. Повторю наш тезис о чрезмерном количестве гор в Греции. Сперва автострада шла по равнине, окруженной горами.

Через полтора-два часа дорога запетляла по склону ущелья. Увы, но фотографий у нас нет — на узкой дорожке нельзя было останавливаться, а из окна машины всей красоты крутых склонов, поросших лесом, было не запечатлеть. Есть вот такая фотография, как мы въезжаем в ущелье.

На этом горном пути нам встретилось несколько прелестных городков: Ливадаки, Лувро Трипотамия, Мурия и пр. Располагался такой городок обычно лесенкой по склону ущелья, и через него проходила наша, видимо, главная здесь дорога. Настолько узкая, что в одном из городков нам пришлось ждать, пока рассосется «пробка», созданная двумя туристическими автобусами. Их огромные зеркала заднего вида норовили зацепиться за дома и друг за друга. Машины образовали за автобусами очереди и терпеливо ждали финала. Мы решили остановиться на обратном пути в каком-нибудь из этих городков. Дима очень торопился в Олимпию, опасаясь, что и ее часы работы заканчивались на цифре 15, как и в Немее. По этой же причине нам пришлось отказаться от посещения нескольких попутных городищ и некоего «Пещерного озера».
Горная дорога иногда забавляла нас необычными для равнинного жителя картинками, например, стадом коз, карабкавшимся на склон.

Несколько неожиданно узкая дорога расширилась, горы расступились, и мы оказались в долине с достаточно полноводной для Греции рекой.
Кстати, Димины опасения оказались не напрасны. Доехав до Олимпии к 13.30, мы обнаружили, что до закрытия осталось полтора часа.
Поэтому мы не стали мешкать и купили билеты по EUR9, действующие и в музее, и в самом святилище.

Имя Олимпии известно практически всем как место проведения общегреческих Олимпийских игр. О них я рассказывать не буду, поскольку уже писала.

Просто прогуляемся по святилищу и посмотрим, что сохранилось до наших дней.
Павсаний, наш основной проводник по Древней Греции, писал: «Много чудесного можно увидеть в Элладе, о многом удивительном здесь можно услышать, но ни над чем в большей мере нет божьего покровительства, как над Элевсинскими таинствами и над Олимпийскими состязаниями» (Х.I.1.) Неудивительно, что это священное место богато отстраивалось. Надо отметить, что в отличие от другого общегреческого святилища — Дельф, — Олимпия не так тесно застроена, хотя строилась она в течение всего периода своего существования.
Итак, при входе в святилище по левую руку нас встречают административные здания.

На правой стороне дороги расположены архитектурные сооружения, посвященные спорту, — гимнасий и палестра.

Напротив гимнасия, как и указывал Павсаний, находится вход в Альтис — священную рощу Зевса. Сам Альтис был обнесен стеной, которой сейчас, разумеется, не существует. Мы вошли в Альтис около Филиппейона — круглого здания, построенного в эпоху эллинизма. Обратимся опять к Павсанию, он поможет представить нам памятник, от которого остался один лишь фундамент. » Таким Филлипейон был обнаружен.

Кстати, до Филиппейона в черте Альтиса воздвигались постройки только в дорическом ордере, а Филипп II Македонский это правило нарушил — в его ротонде были и ионические, и коринфские колонны. Вот такие они, эти македонцы, свободные от всяких греческих правил. Во время путешествия в Македонию мы увидим, что даже их гробницы отличались от греческих.
Сейчас Филиппейон потихоньку восстанавливают, есть уже пара колонн, но они все в лесах.

Идем дальше. По левую руку возникает колоннада величественного дорического храма. Это храм Геры VII в. до н.э. Герайон — самое крупное культовое сооружение архаической эпохи в Олимпии.

Здесь была найдена знаменитая статуя «Гермеса с младенцем» скульптора Праксителя.

Алтарь Геры перед храмом Геры.

Дом апсидального типа напротив террасы сокровищниц. Древнейшее сооружение на территории Олимпии — первая половина II тысячелетия до н.э.

За храмом Геры вдоль склона горы Кронос в архаическое и классическое время располагалась терраса сокровищниц, а в римское время известный нам по Афинам меценат Герод Аттик выстроил нимфей — огромный двухъярусный мраморный фонтан со статуями, питавшийся водой из реки Кладей.

Это то, что осталось от шикарной террасы сокровищниц.
Напротив террасы сокровищниц в IV в. до н.э. был построен дорический (а какой же еще?) храм матери всех богов — Метроон. Римляне позже переделали его в храм Августа.

Между Метроном и входом на стадион стояли Заны. От некоторых до сих пор сохранились постаменты.
Архаический стадион на одну свою половину лежал на территории Альтиса, и от него ничего не осталось. Раннеклассический вдавался в Альтис лишь одним углом. В позднеклассическую эпоху стадион «переехал» за черту священной рощи Зевса.
Арочный вход на стадион Олимпии — один из самых знаменитых ее видов. Сфотографировать его без людей — высший пилотаж для туриста. Нам это удалось. Правда, как мы ни старались повторить потом этот фокус с Львиными воротами в Микенах, нас постигла неудача.

Это уже выход со стадиона. Кстати, свод необычен для греческой архитектуры, использовавшей балочную систему в перекрытиях.

А это вид на вход со стороны портика Эхо. Вот он — справа.
Южнее стадиона находился ипподром. Однако от разливов другой реки Олимпии — Алфея — он сильно пострадал и практически не исследован.


Здесь видна даже стартовая полоса.

Оценив олимпийский стадион, мы вернулись обратно в Альтис и продолжили движение вдоль его восточной границы, которой в античное время являлся портик Эхо. Эта стоя имела необычный эффект — она много раз отражала звук. «…если крикнуть, то эхо повторит голос семь и более раз». (Павсаний, V, XXI, 17).

Вот, что от нее осталось.
Стою Эхо как бы продолжал юго-восточный портик. Здесь же находился гелланодикейон — здание, в котором заседали те, кто решал судьбу спортсменов.

В римское время чуть восточнее этих построек был возведен дом Нерона,

а чуть западнее — триумфальная арка Нерона. Примечателен тот факт, что для возведения арки Нерон приказал разобрать часть стены Альтиса, а для фундамента самой арки были использованы постаменты похищенных к тому времени статуй Олимпии.
От Нероновских построек мы прошли в южную часть Альтиса, которую занимает самое главное здание Олимпии.
Кстати, в Альтисе между храмом Геры и храмом Зевса расположен Пелопион — святилище в честь того самого Пелопа, с которого Олимпия практически и началась. Но поскольку мы с Димой оставили его без внимания, то и рассказывать о нем ничего не буду.

Храм Зевса Олимпийского был построен в первой половине V в. до н.э. в дорическом (естественно!) ордере элидским (значит, местным — из Элиды) архитектором Либоном.

Перед храмом Зевса стоит восстановленный (не полностью, поскольку оригинал состоял из 12 мраморных блоков, а сейчас их только 6) постамент знаменитой Ники Пэония из города Менде.

Пэоний был действительно гением, так как сумел решить многие проблемы, возникающие при сооружении статуи на большой высоте в сейсмически активном месте. Несмотря на то, что Ника устремлена вперед и как будто только-только касается ногами постамента, на самом деле она хорошо укреплена: ее широкий плащ и сидящий справа орел обеспечивают ей прочность. Кроме того, мастером были учтены изменения пропорций фигуры Ники при восприятии ее снизу.

Забегая вперед, скажу, что сейчас Ника находится в музее Олимпии поврежденная, но, тем не менее, производящая довольно сильное впечатление даже в замкнутом пространстве.
А теперь пройдемся по портику храма Зевса. Само здание сильно разрушено, и сейчас довольно трудно представить его себе во всем великолепии.

Однако стилобат из трех крупных ступеней, лежащий на мощном, уходящем в грунт четырехметровом фундаменте, позволяет понять величие постройки.

С высоты стилобата видны упавшие колонны храма.

В этом храме стояла (а точнее — сидела) одна из самых известнейших статуй Древней Греции, Чудо Света — Зевс Олимпийский, выполненный Фидием в хрисоэлефантинной технике (из золота и слоновой кости).
Музей Олимпии предлагает картину с изображением статуи

и макет храма Зевса.

Судьба, постигшая этот шедевр, оказалась весьма печальной. В разные времена она подвергалась реставрациям, была поражена молнией, в результате хищений теряла различные свои части и под конец, по сообщению византийского историка Кедрена, была перевезена в один из византийских дворцов, где погибла при пожаре.
Поскольку вход в храм был один — с восточной стороны, а желающих взойти на него туристов сейчас немало, со стилобата с западной и северной сторон были сделаны спуски — металлические лестницы с перильцами. Как раз по такой лестнице с запада мы и покинули храм Зевса.

Вновь выйдя за пределы Альтиса, мы двинулись в юго-западный сектор Олимпии. Здесь располагаются остатки совершенно потрясающего сооружения — Леонидайона, а по южной границе — Южные же термы с Южным портиком.

К сожалению, было уже почти три часа дня, солнце светило нещадно, и вся Олимпия казалась выгоревшей.
Леонидайон — второе по величине после эллинистического гимнасия здание в Олимпии. Его выстроил на свои средства архитектор Леонид (в его честь здание и называется) с острова Наксоса.

Во время соревнований в этой своеобразной гостинице жили знаменитые гости и почетные послы. В римское время гостей сменили римские чиновники.
Опять-таки замечу, что по руинам Леонидайона трудно представить себе все его великолепие. Квадратное здание по периметру окружали 130 ионических колонн, внутренний же двор обрамляли 44 дорические. Сюда во двор и выходили помещения, в которых жили высокопоставленные посетители Олимпии. В центре был выстроен фонтан и высажены деревья.
Южнее Леонидайона мы обнаружили два здания, о которых в известных мне книгах об Олимпии не сказано ни слова. Таблички же в самой Олимпии объявляют их банями, кажется, того же Леонида.

Правая банька. Она находится очень близко к Леонидайону. И левая баня.

От этих бань вдоль Леонидайона, то есть вдоль западной границы Олимпии, мы вышли к остаткам мастерской знаменитого Фидия. Здесь был найден тот самый знаменитый кувшинчик, который провозглашал: «Я принадлежу Фидию!»

Посреди мастерской ранними христианами была воткнута базилика. Ранние христиане обожали древнегреческие постройки настолько, что строили в них свои церкви.

Кстати, помимо того кувшинчика, в мастерской было найдено множество свидетельств того, что именно здесь Фидий работал над статуей Зевса Олимпийского. Это и небольшие кусочки слоновой кости, золота, драгоценных камней, бронзы, различные формы-матрицы для оттисков фрагментов статуи и прочее.

Рядом с мастерской Фидия располагались и теоколейон — дом теоколеев (жрецов), и банный комплекс. А пройдя чуть дальше, мы замкнули круг нашего путешествия по Олимпии — нас снова встретили палестра и гимнасий, залитые солнцем.

Около гимнасия стояла группа японских пенсионеров с зонтиками и со страшной силой снимала остатки колоннады.

Греческое солнце уже пекло вовсю, и нам оставалось только заглянуть в музей Олимпии.
Он находится по другую сторону автодороги в небольшом парке, дающем спасительную тень. Музей, как водится, небольшой, но наполнен исключительными экспонатами.

Бронзовые лошадки и два котла XI-XII вв. до н.э.

Верхняя часть крылатой женской фигуры. Начало VI в. до н.э. Выполнена в технике «сфирелатон», то есть по деревянной основе обита медными листами. Найдена в 1965 году в насыпи стадиона. Кого она изображает, до сих пор неясно.

Поднявший лапу грифон. VII в. до н.э. Бронзовый рельеф, сохранившийся на почти метровую высоту. Возможно, украшение бронзового сосуда или часть рельефного фриза. Считается, что это грифон-самка.

Бронзовая голова льва. Тоже часть чего-то.

Огромный щит. Ненастоящий.

Бронзовый петух.

Бронзовые шлемы.

Детали вооружения из бронзы. Поножи, панцири и пр.

Милая бронзовая лошадка из упряжки. 407 г. до н.э.

Фронтоны храма Зевса.

Дворик музея был заполнен школьниками, и вообще в Олимпии было очень много посетителей. Но мы решили для себя, что все они приехали с запада, откуда-нибудь из Пиргоса. И только мы совершили культурный подвиг — ради знакомства с Олимпией пересекли весь Пелопоннес с востока на запад.

Обратный путь прошел без приключений. В этот раз мы ехали уже по внешней стороне дороги и могли остановиться пару раз для фотосъемки.

Лутраки встретили нас вечерней прохладой, и мы, оставив машину у отеля, пошли ужинать в ресторан на чудесной набережной Коринфского залива.
В этот день мы осилили дорогу длиной в 510 км.

Юлли Улетова

Путешествия Нового Геродота © 2017 Все права защищены

Материалы на сайте размещены исключительно для ознакомления.

Все права на них принадлежат соответственно их владельцам.