День шестой. 20 мая, пятница. Пелопоннес

Этот день мы решили полностью посвятить Пелопоннесу. Из всех знаменитых мест этого полуострова мы были только в Коринфе и из-за забора посмотрели на Истмию и Немею.
Мы вновь пересекли Коринфский канал и отправились в настоящую Древнюю Грецию.
Сначала Дима выбрал дорогу вдоль побережья залива Сароникас, которая привела нас к древнему порту Коринфа — Кенхреям.

Совсем маленький кусочек его территории доступен для обозрения из-за ограждения. Другая же, бОльшая, часть Кенхрей лежит под водой.
Потом мы решили продолжить путешествие не вдоль моря, где по пути, кроме природных красот, нас ничего не ждало, а по жарких сухим дорогам Пелопоннеса. Поэтому мы развернулись и отправились в Немею.

На этот раз, по причине раннего утра, она была открыта. Туристов на ее территории было штук 6, а с нами стало аж 8.
Билет стоил EUR4 и позволял посетить сразу и саму Немею (очень небольшую, надо отметить), и археологический музей, и стадион Немеи, лежащий в паре километров от города.

От входа на территорию до храма Зевса Немейского в три ряда лежали дома для судей, большая гостиница для атлетов и сокровищницы. Вот вид их остатков, слева направо:

Здесь особенно хорошо видны на первом плане судейские бунгало. За ними, через дорожку (с лесенкой и оградкой из веревочки) — «олимпийская деревня». И совсем далеко, у храма, должны быть сокровищницы.

Вот спортивная гостиница поближе. Слева от этих построек располагались бани. Они неплохо сохранились и хорошо исследованы.

Сейчас от всего былого античного великолепия Немеи остались только три дорических колонны храма Зевса.

Вы спросите, отчего же три, если на фотографии отлично видно пять колонн? Отвечу, потому что сохранилось три, а еще две построены в наше время.

Вот на этих фотографиях очень хорошо видно, что две левые колонны светлее, чем три правых и чем все камни, их окружающие. А еще видно, что рабочие начали строить и шестую колонну.

Внутренние помещения храма. «Нижние этажи».

Целла храма. Его почти главное помещение.

Вот неподалеку от храма лежат рядочками барабаны настоящих, античных, колонн.

Взглянем напоследок еще раз на храм Зевса Немейского и отправимся в музей. Не буду мучить вас фотографиями горшков, костей и архитектурных деталей, практически один в один похожих на другие такие же вещи в других таких же музеях. Покажу лишь несколько интересных экспонатов, совсем не античного времени.

На этой фотографии изображен храм Зевса Немейского после раскопок. Стоят те самые три колонны (обратите внимание на тени), вокруг в беспорядке разбросаны барабаны других колонн, еще не сложенные аккуратными рядами.

Это вид на Немею с высоты птичьего полета. Красная крыша — это музей, а в правом верхнем углу есть небольшая вытянутая плешка — это стадион Немеи. Скоро мы туда отправимся.

Это, соответственно, макет Немеи. Вот вам три ряда зданий перед храмом и баньки немного на отшибе. Прекрасно видно, что гостиница для атлетов была двухэтажной, а сокровищницы стояли ровной шеренгой.

То же самое — с другой стороны.

И последняя фотография в музее — макет немейского стадиона, на котором проходили Немейские игры, одни из четырех общегреческих спортивно-религиозных состязаний.
Мы садимся в машину, едем к стадиону, протягиваем у входа наши билетики и оказываемся здесь совершенно одни. Не считая дедушки-билетера.
От входа к стадиону зрители проходили по обычной дорожке, а спорсмены — через палестру.

Здесь они переодевались и разминались перед выступлениями. Для их выхода на стадион существовал специальный крытый проход под зрительскими местами. Коридор к этому проходу видно на фотографии палестры — на заднем плане, за колоннами провал в песчаной стене.

Со стороны палестры проход укреплен, ибо обрушается.

Но с середины пути свод его сохранился лучше и в подпорках не нуждается.

Почти то же самое видели спортсмены, выходя на свет божий, к своим будущим провалам или победам.

Сюда были прикованы тысячи глаз зрителей, ожидавших выхода своих любимцев.

А вот и сам стадион в обе стороны, с традиционным желобом вдоль его границы.

Стартовая (и финишная) полоса стадиона. По традиции — каменная.

Не хотелось бы прослыть невеждой, но я не знаю, что это. Может быть, алтарь?
Вот, собственно, и все про Немею и ее стадион. Оказалось, что с ними все в порядке, и мы можем со спокойным сердцем отправляться в знаменитые Микены.

 

Вот так выглядит сейчас холм у деревни Миконос с микенским акрополем на подъезде к нему. Но здесь мне бы хотелось сделать небольшое лирическо-мифологическое отступление и напомнить, чем именно знамениты Микены.
Микены находятся посреди Арголиды и можно представить, что город контролировал проходящие через долину дороги, а следовательно, имел немалый авторитет и такую же выгоду.
Находящиеся здесь же, в Арголиде, две другие мощные крепости — Аргос и Тиринф — принадлежали братьям — Акрисию и Прету. Поэтому совершенно логично, что и третья крепость должна была быть основана их родственником. Так и случилось: дочерью царя Аргоса была небезызвестная Даная. Акрисий запер свою дочь, узнав о предсказании — его убьет собственный внук. Только Зевса не остановишь — проник он к Данае золотым дождем, и стал Акрисий дедушкой.
В Эрмитаже есть картина Рембрандта «Даная», запечатлевшая как раз момент проникновения золотого дождя к Данае. Лет 20 назад сумасшедший плеснул на полотно серной кислотой — шедевр чуть было не утратили. Может, у этого маньяка тоже были проблемы с детьми?

Но все же вернемся в Микены. Итак, основал их, по легенде, Персей (сын Зевса и Данаи), и правили ими, опять же по легенде, два рода — Персеидов, соответственно, и Атридов. Кстати, через Атрея, по мифам, можно связать Микены и Олимпию: Атрей и брат его Фиест были сыновьями Пелопса. Того самого, что очень хитрым способом победил в состязаниях на колесницах, добыв себе жену и царство. Убивец был тот Пелопс, и сыновья вышли не лучше: совершив ряд тяжких уголовных преступлений у себя на родине, укрылись они у сестры своей Никиппы, по несчастливому совпадению, жены сына Персея Сфенела, бывшего в ту пору царем Микен.
Я надеюсь, вы не очень утомились, читая весь этот генеалогический очерк.
Умер Сфенел, умерли его наследники, и захватил Атрей власть в Микенах, вот тут и вернулись к братьям их порочные наклонности. Убийства, кровосмесительство, людоедство… Да и дети их выросли в родителей: Агамемнон, Менелай и Эгисф известны нам по «Илиаде» Гомера. Наверное, это был самый мерзкий род в Древней Греции…, но и самый богатый.
Найденные Генрихом Шлиманом в Микенах сокровища позволили подтвердить гомеровское величание Микен «златообильными».
Но, наверное, слишком много мифов и совсем нет картинок. Я исправляюсь.

Итак, билет в Микены и в Сокровищницу Атрея (курган в 10 минутах ходьбы от Микен) стоил EUR8. И начали мы, разумеется, с Микен.

Акрополь Микен находится на 40-метровом холме, окруженном, в свою очередь, горами.
Попасть в крепость можно только через ворота, а их было двое.

Львиные ворота. Главный вход в Микены. Кажется, самое древнее монументальное сооружение на территории Европы.

Названы так ворота археологами по скульптурам львов на фронтоне. Головы зверей, видимо, были сделаны из слоновой кости или стеатита и пропали.
Однако Димона охватило сомнение, которое мне так и не удалось развеять, львами ли были эти животные, голов-то у них никто не видел.
Это были очень мощные ворота, и из-за удачно продуманного расположения подход к ним прекрасно контролировался.

Могильный круг А. Сначала находился за территорией города, но в связи с его ростом оказался внутри крепости.

Именно здесь Генрих Шлиман нашел знаменитую «маску Агамемнона». К Агамемнону она не имела никакого отношения, но Шлиман был таким романтиком (его археологическую нечистоплотность пока в расчет не берем).
А вообще золота в могильном круге А было найдено килограммов на 15.

Кстати, за крепостной стеной Микен тоже жили люди. На фотографии на дальнем плане видны жилые кварталы.

Это «зернохранилище». Здание рядом со Львиными воротами получило свое название по найденным в подвале пифосам с семенами злаковых. Но вероятнее всего, это все-таки помещение для стражи.

Верхняя часть холма была занята дворцом. От Львиных ворот туда вела монументальная дорога, значительную часть которой разрушили во время раскопок Г. Шлимана.

Микенский дворец располагался на склонах холма на двух уровнях. К сожалению, верхний уровень сохранился очень плохо. Однако раскопки дали весьма четкое представление о великолепии дворца.

Самое главное его помещение — мегарон (23 х 11,5 м) — было украшено фресками, пол — расписной штукатуркой. Отсюда коридоры вели в другие комнаты на разных уровнях.

Во дворце были и залы для официальных церемоний, и гостевые палаты, и женские покои, и много-много всего. Микенские правители были очень богаты, и их жилье этому соответствовало.

Общая площадь крепостных сооружений составляет 30 тыс. кв. м. В лучшие времена стены достигали в высоту 12 м, а в ширину (на различных участках) — от 5 до 8 м.

Но поскольку Микены — это не только царский дворец, то мы увидели и другие сооружения. Например, квартал ремесленников.

Чуть дальше него располагались здания, получившие при раскопках названия Дом с колоннами и Дом «Дельта».

Дом с колоннами назван так потому, что в его центральном дворе были обнаружены основания колонн. Здание было самым важным на восточном склоне холма и относилось к восточному же крылу царского дворца. Здесь были обнаружены горшки с линейным письмом В. Построен Дом с колоннами был во второй половине XIII в. до н.э., а к концу столетия уже сгорел в пожаре.

Дом «Дельта» (просто порядковое буквенное обозначение открытых зданий) примыкал к Дому с колоннами с севера. Он состоял из двух рядов по две комнаты, не соединявшихся друг с другом. Найденная здесь лестница позволяет предположить у постройки вторые этажи. Время возведения и гибели этого дома совпадает с предыдущим.

Вероятно, что здание «Дельта» также являлось частью дворца. В конце XII в. до н.э. к крепости был пристроен так называемый Северо-восточный выступ. Большая его часть была занята зданиями А («Альфа») и В («Бета»).

Здесь же находился вход в «Источник Персея» — подземное водохранилище. На глубине 18 м в цистерне собиралась вода. Она проходила сквозь закрытый камнями колодец, выполнявший функцию фильтра. Сама цистерна прямоугольной формы глубиной 5 м была в два слоя обмазана водонепроницаемым раствором.
Спуск к водохранилищу в Микенах никаким освещением не оборудован. Это узкая каменная лестница, спиралью уходящая куда-то вниз.

Когда мы подошли к входу, здесь выстроилась шеренга школьников человек в 30. Их преподавательница велела детям взяться за руки и цепочкой спускаться за ней в подземелье. Что они и сделали, намертво закупорив вход. Мы постояли рядом минут 10, дети в конце цепочки не двигались и ворчали, рядом собирались другие посетители Микен, желавшие взглянуть на подземное водохранилище. Еще минут 10 — хвост школьной «змеи» все еще переминался с ноги на ногу на том же месте, за нами тоже выстроилась очередь. Подумав, что немало несчастных туристов осталось там, внизу, в темноте, мы решили, на всякий случай, отказаться от идеи смотреть подземелья.
Вдоль крепостной стены мы подошли к Северным воротам — второму входу в Микенский акрополь.

Вот так выглядят Северные ворота с внешней стороны (к ним ведет дорога, если вы не поняли, где ворота).

Построены они были во время второй строительной фазы дворца — в 1250 г. до н.э. — аналогичным Львиным воротам способом, только вместо треугольника со скульптурами на их пилястры уложены две мощные плиты.
Из маленького внутреннего дворика у Северных ворот начиналась дорога, ведшая прямо в мегарон дворца.

Это склон у Северных ворот.
Вот, в общем, и все Микены. Мы вернулись к Львиным воротам,

снова поразились мощности киклопических стен

и пошли к выходу. Оставалось засвидетельствовать свое почтение известным на весь мир купольным гробницам и можно отправляться по Пелопоннесу дальше.

Собственно, купольных гробниц вокруг Микен 9. Из них 5 труднодоступны, а 2 мы уже случайно обошли по дороге к Микенам. Поэтому познакомить могу вас только с двумя.
Самая ближайшая к Микенам гробница находится рядом с сувенирным магазинчиком на выходе, только ниже его уровня. Называется она «Толос Львов». (Толос, или фолос, — «купол»).

Построена она была в XIV в. до н.э. и получила свое название из-за близкого расположения к Львиным воротам.

Относится Толос Львов уже ко второму «этапу», если можно так выразиться, строительства гробниц. В этот период, в отличие от предыдущего, камни для сооружения обрабатывались до правильной прямоугольной формы, стены дромоса облицовываются, на притолоке появляется несущий треугольник.

Диаметр камеры — 14 м, а высота утраченного купола — 15 м.

Длина дромоса — 22, а его ширина — 5,4 м.

К сожалению, гробница была разграблена еще в древности, поэтому археологам ничего не досталось.
К моменту нашего визита у Толоса Львов не было ни души. Мы радостно принялись ее осматривать и фотографировать, и на наш интерес тут же, как пчелы, слетелись туристы.

Второй гробницей, что мы увидели, оказалась самая известная в мире из микенских, — «Сокровищница Атрея». Из-за ее величественности гробницу называют еще и «Гробницей Агамемнона». Но, понятное дело, ни к мифическому Атрею, ни к его сыну Агамемнону толос не имеет никакого отношения.

«Сокровищница Атрея» относится к третьему «этапу» возведения микенских толосов и была построена ок. 1250 г. до н.э. Кладка здесь выполнена уже из тщательно отделанных прямоугольных камней.
Монументальный фасад достигает в высоту 10,5 м. В свое время вход обрамляли две колонны из зеленого мрамора.

Разгрузочный треугольник тоже был облицован мрамором и богато украшен. Кроме того, здесь тоже имелись две полуколонны по краям.
Можно себе представить, в каких шикарных хоромах жили те, кого здесь хоронили, если даже после смерти они не отказались от роскоши в оформлении «жилища».

Сам толос прекрасно сохранился. Он сооружен из 33 параллельных рядов кладки. Диаметр его — 14, 5 м, а высота — 13,2 м.

Внутри толоса с северной стороны в скале было вырублено небольшое помещение. Не знаю, правда, зачем.

Мощью кладки гробница не уступает крепостным стенам Микен.

Длина величественного дромоса — 36 м, а ширина — 6 м. Наверное, каждую годовщину смерти владельца гробницы сюда направлялась пышная официальная делегация возлагать цветы, дары и прочее.

Кстати, насчет даров — и это захоронение было разграблено в древности.
Здесь нам тоже удалось сфотографировать достопримечательность без людей. Причем совершенно случайно: 30 человек, хаотически шатавшиеся по дромосу, вдруг неожиданно быстро «всосались» внутрь гробницы.
А мы покинули «Сокровищницу Атрея», сели в нашу крошку Polo и отправились дальше.

От Миконоса через 10 минут дорога нас привела к Иреону, как обозначается он на русских картах. Здесь, у старого микенского поселения, аргивянами было построено святилище Геры — Герайон. Сейчас добраться до него можно только на машине и по собственному желанию, экскурсий сюда нет.

Эта археологическая зона обнесена традиционным забором из сетки и работает с 8 до 15 часов, но при этом вход сюда бесплатный.
Сначала дорога никак не намекает на существование здесь чего-то рукотворного. И только после поворота за холм становится понятным забор и охрана.

Здесь прекрасно виден стилобат храма.

А здесь можно угадать колоннаду, — вероятно, какую-то стою.

На этих трех фотографиях неопознанные мною сооружения. Где-то здесь были найдены еще в позапрошлом веке прекрасные мраморные скульптуры, хранящиеся сейчас в Афинском Национальном музее.

На террасах святилища лазают туристы, и тут же рядом работают археологи. Все-таки даже далекие от туристических маршрутов городища настоящие ценители древности разыскивают вопреки указателям и картам. И это радует.

Дальше дорога шла на Тиринф — город, где правил брат Акрисия Прет, а на старости лет его племянник Персей. Тиринф так же, как и Микены, имел мощный акрополь. Так что нас ожидало что-то внушительное.
Однако появившийся на нашем пути указатель «Mycenian Citadel of Midea» заставил нас свернуть налево, о чем мы, как обычно, вскоре пожалели. Указатели благополучно довели нас до современной деревни Мидея и безжалостно покинули. Полчаса мы с тоской плутали по узким улицам, пугая аборигенов, пока случайно не обнаружили очередной указатель, начисто перечеркивавший предыдущие стрелочки. Он вывел нас на пустынную сельскую дорогу, по которой мы ехали еще минут 10, пока не сообразили, что и этот указатель слегка приврал. Цитадель Мидеи находилась прямо над нами — на вершине холма, вокруг которого мы старательно нарезали круги.

Наверх мы, обидевшись на указатели, не полезли.

Вернувшись на трассу, мы заторопились — Тиринф закрывался через 15 минут. Через пять минут показался забор, а в нем гостеприимно распахнутые ворота.

Мы въехали, и я выскочила из машины, спеша запечатлеть акрополь, слегка недоумевая, почему у нас никто не требует билетов.

Все разъяснилось через несколько минут, когда к нам подошел пожилой грек и жестами лениво «объяснил», что эти ворота — служебный въезд, а вход для туристов — калитка за углом.
Когда мы туда подошли, дверь была уже заперта, и с другой стороны возле нее нервно вышагивал грек лет 30, поглядывая на часы. Он, видимо, ждал, когда последняя группа туристов вернется с осмотра Тиринфа, и его нелегкий рабочий день закончится.
Вообще нас очень удивляла странная греческая традиция брать на работу билетерами в музеи здоровых молодых мужчин. Неужели для них в Греции нет более подходящего занятия?
Пока мы смотрели сквозь забор на Тиринф,

к калитке подошла пожилая пара. Бодрая старушка посмотрела на вывеску с цифрой «15.00» и растерянно сообщила по-английски билетеру, что в ее путеводителе временем закрытия музея значатся 17 часов. Грек надулся, подбирая слова, и выдал ей с акцентом: «Не я составлял ваш путеводитель!» После чего отвернулся, давая понять, что аудиенция закончена. Слава богам, на нашем пути это был единственный греческий хам.

Поскольку 15 часов уже пробило, то конечный пункт нашего сегодняшнего путешествия — Эпидавр — либо уже закрылся, либо будет работать еще несколько часов, мы решили прокатиться по Навплиону. У этого города тоже есть своя мифология и своя гордость.
Основал Навплион Навплий из рода Данаидов, а гордится город тем, что именно он целых 5 лет был первой столицей Греческого государства после освобождения от турецкого владычества.
Самой большой архитектурной достопримечательностью Навплиона является венецианская крепость Паламедий 1686 года постройки.

Она занимает стратегическое положение над городом и в свое время позволяла контролировать прилегающую часть моря.

В классический период самым популярным городом Арголиды был, несомненно, Эпидавр. Здесь находилось святилище Асклепия — бога врачевания. С течением времени эпидаврский Асклепийон, накопив огромные материальные ценности, смог позволить себе широкую строительную программу, на протяжении столетий развивавшую святилище. На территории Эпидавра открыто несколько храмов разного времени (например, Артемиды, Афродиты, Фемиды, египетских богов, самого Асклепия), гостиница (так называемое «Пристанище»), спортивные сооружения (гимнасий, палестра и стадион), а также постройки эллинистического и римского периодов.
Однако религиозный характер этого места совершенно не отменял и научного подхода жрецов к болезням. Находки большого количества медицинских инструментов позволяют утверждать, что здесь проводились хирургические операции.
Хоть я и рассказываю так подробно об Эпидавре, показать мне будет нечего. Но обо всем по порядку.

Оказалось, что Эпидавр работает до 19 часов, и билеты сюда стоят EUR6. Мы решили начать с известного на весь мир театра.

Это наиболее хорошо сохранившийся театр Древней Греции. Построен он был в III в. до н.э. и вмещал более 6 тысяч зрителей.

Тут у нас зазвонил телефон, и голос Пасхалиса (нашего друга из Македонии) с другого края Греции спросил: «Что вы делаете?» Мы ответили: «Гуляем по ЭпидАвру!» «Где?» — спросил недоуменно Пасхалис. «Ну, по Эпидавру на Пелопоннесе», — так же недоуменно повторили мы. «Ааа, по ЭпИдавросу!» — засмеялся Пасхалис и отключился, пожелав нам приятной прогулки. Мы в который раз подивились греческим ударениям в известных нам с детства словах.

Но вернемся к театру. Во II в. до н.э. орхестру надстроили еще на ярус, и количество зрительских мест увеличилось до 12300.
Театр знаменит своей совершенной акустикой, и в нем в наше время проводится ежегодный Эпидаврский фестиваль. Даже сейчас группа обычных туристов стояла в центре театра и пела, проверяя звук. И тут у нас «сел» аккумулятор фотоаппарата!

Мы еще погуляли по Эпидавру, но рассказывать больше ничего не буду, ибо нет фотографий.

Весь обратный путь до Лутрак я проспала. По Пелопоннесу в этот день мы проехали 410 км.

Юлли Улетова

Путешествия Нового Геродота © 2017 Все права защищены

Материалы на сайте размещены исключительно для ознакомления.

Все права на них принадлежат соответственно их владельцам.