День пятый. 19 мая, четверг. Аттика

Этот день мы решили посвятить Аттике — от Суниона до Марафона. Но я уговорила Димона заехать в Афины ради посещения Афинского Национального музея, о чем мы потом пожалели. Но пока было утро, у нас была масса времени, и мы ехали в Афины.
Афинский Национальный музей занимает довольно-таки большое здание из трех этажей. Экспозиция его весьма обширна. Например, залы архаической скульптуры VIII-VI вв. до н.э.

Это курос с мыса Сунион (VII в. до н.э.) В кусочке о Сунионе будет о статуе поподробнее.

Залы поздней архаики и ранней классики (V в. до н.э.)

Посейдон (или Зевс). Бронзовая статуя была найдена в море у мыса Артемисий (о. Эвбея) в 1928 году.

Залы классической скульптуры. Надгробные и вотивные рельефы и архитектурные детали (V в. до н.э.)

В центре зала классических и эллинистических скульптур и рельефов стоит бронзовая статуя лошади, на которой сидит мальчик.

Лошадка передана в прыжке, а маленький наездник так ловко ею управляет, что зрителю кажется их пара нераздельной. Однако хоть обе статуи и были найдены в одном месте, нет никакой уверенности в том, что они созданы друг для друга.

Следующий зал — надгробные рельефы (IV в. до н.э.).

Предметы раннего и среднего кикладского периодов с Киклад. III-II тыс. до н.э.

Находки из микенских центров и некрополей Пелопоннеса. XVI-XII вв. до н.э.

Золотые погребальные украшения из Микен.

Костяной шлем.

Фрески из Микен.

Фрески из нового дворца Тиринфа.

Хотели мы попасть и в зал критских фресок, но его экспозиция, к сожалению, была закрыта.

Когда мы вышли из музея, было всего 10 минут пополудни. Димон счел, что мы вполне успеваем на Сунион. Впрочем, до него всего километров 50, даже если он работает до 15 часов, то трех часов нам хватит. Однако мы были еще незнакомы с особенностями городского движения в Афинах. По карте выходило, что нам всего-то надо было проехать хоть и через весь город, но практически всегда по центральным улицам. На словах это звучало так: по 28 Ikosiokto Oktovriou до площади Omonia (по ней по кругу), затем по всей улице Stadiou (замечу, что движение по ней идет только в одном — попутном нам — направлении). Далее объезжаем площадь Syntagma (Конституции), по широкой Leoforos Amalias до Sygrou — и мы на свободе, то есть на автобане, ведущем из Афин.
Я не случайно повторяю «широкая», «широкая», потому что 95% афинских улиц ОЧЕНЬ узкие, а по этим «широким» можно ездить в два ряда в одном направлении.
Однако уже на Omonia нам пришлось охладить свой пыл: выезд на Stadiou был перекрыт. Развернуться было нельзя, и мы начали со всем потоком сворачивать на невыносимо узкие улочки слева от Stadiou. Расчет был прост: правый поворот и два левых — и мы снова на Stadiou. Но левые повороты запрещены, и нас выносит обратно на Omonia. Снова по кругу, снова попытка выехать на Stadiou, хотя бы несколькими кварталами дальше, и опять запреты поворотов, «пробки» и прочее.
Мы решили обмануть греков, объехав их город «по периметру» — выбрав три широких проспекта, идущих вдоль окраин Афин, попытаться не въезжать в такой проблемный центр.
Началось все неплохо — мы выехали на прямую, как стрела, Leoforos Alexandros, но при объезде «пробки» и там запутались в мелких улочках. Проплутав с минут 20 в её окрестностях, кое-как выбрались обратно, и, наконец, с огромным трудом вернулись к площади Syntagma. То есть, даже не совсем к ней, а к огромному Национальному парку рядом. Тут же попали в «пробку» и поползли с черепашьей скоростью по Herodou Attikou, обсаженной апельсиновыми деревьями.

Через 40 минут мы доползли до Стадиона,

где нас нахально оттер от светофора автобус.

И даже увидели Олимпейон и Акрополь (как обычно)…

В результате к вожделенной Sygrou мы выехали к трем часам дня ужасно раздраженные. И еще полчаса-минут 40 потратили на поиски выезда с городских улиц на автобан, потому что он — единственная возможность покинуть Афины.

Удобная трасса по побережью залива Сароникас выводит нас к мысу Сунион.

Собственно, надежды на посещение знаменитого храма Посейдона у нас уже не осталось, но хоть посмотреть издали…
Однако нас ждал Очень Приятный Сюрприз: мыс Сунион (вход EUR4) открыт до заката солнца! Потом, через неделю, уже в Македонии, второй наш греческий друг Пасхалис рассказал нам, что греки получают почасовую оплату и работают (в случае с музеями) до 15 часов. И мы тут же вспомнили Сунион — вот ведь люди перерабатывают!!! Наверное, там работали не греки.

Строго говоря, на Сунионе располагался не только храм Посейдона.

Это был хорошо укрепленный акрополь, и следы этих фортификаций сохранились до сих пор.

Это древняя башня.

А это не менее древние стены. Чуть дальше в них были построены Пропилеи в виде двойной арки, правда, от этого входа практически ничего не сохранилось. Зато сохранилось основание стои, располагавшейся между Пропилеями и храмом Посейдона.

Вот она, на переднем плане.

На фоне развалин других сооружений Суниона храм производит сильное впечатление.

Он представляет собой дорический периптер (6 х 13 колонн), построенный в середине V в. до н.э. К нашему времени из 34 колонн осталось всего 16.

Это был уже «второй» храм Посейдона в этом месте. «Первый» же, сооруженный в VI в. до н.э., был разрушен во время вторжения персов.

Внизу, где видно белую табличку, находится основание более древнего храма, сооруженного из пороса, тогда как «второй» храм был построен из мрамора.

Кстати, мраморные куросы, одного из которых мы видели в Афинском Национальном музее несколькими часами ранее, стояли где-то здесь перед храмом и также стали жертвами Греко-персидских войн.

Вид с мыса Суний (как его называют сами греки) очень романтический.

Это взгляд на долину у подножия мыса. Это — на бухту.

А это — на море. От взгляда же вниз с мыса на прибрежные камни — мурашки по коже.

С обратной стороны Сунион выглядит обычно.

Спустившись со священной площадки мыса, мы посидели немного в специальном туристическом ресторанчике, потом порылись в открытках и сувенирах и отправились в неизвестность по северному побережью Аттики.

Первым археологическим местом на нашем пути должен был стать Торик (или Форик) — один из древнегреческих портов Эгейского моря. Должен был стать, но не стал: проблуждав в указанной картами местности около часа и, в конце концов, заехав в тупик на единственной дороге вдоль моря, мы сдались — Торик оказался для нас аттическим Клеоном (если вы помните наши поиски этого городка на Пелопоннесе).

Вновь вернувшись на шоссе, ведущее в Афины, мы добрались до современного городка Вравроны (древнего Браврона), чуть не пролетев указатель к местному святилищу. А посвящено оно было Артемиде и сохраняло свою популярность долгое время. В храме Артемиды Бравронской афинские девушки проходили инициацию, а среди жриц практиковался знаменитый танец в медвежьих шкурах, поскольку медведица была священным животным Артемиды.
Теперь эта археологическая зона обнесена забором, и к моменту нашего приезда (это уже становилось «доброй» традицией) была закрыта. Узрев замок снаружи(!), мы совершили несколько попыток проникновения на территорию святилища, остановили же нас только трудности обратного пересечения границы. Поэтому Артемида Бравронская осталась в нашей памяти лишь видом издали.

Еще две ремарки, и мы отправляемся дальше. Во-первых, именно отсюда, из Браврона, вел происхождение Писистрат (известный афинский тиран), отдавший культу Артемиды Бравронской целый участок на Акрополе Афин. А во-вторых, колоннада, которая сохранилась до наших дней, принадлежит вовсе не храму, а комплексу для проживания жриц и паломниц. Все остальные развалины святилища из-за забора были не видны.
Следующим пунктом нашего путешествия был Марафон. Но проезжая через городок Луца, я углядела указатель «Храм Артемиды Таврополы» и уговорила Димона заглянуть за ограду. Зрелище было печальным.

В дальнейшем до Марафона мы уже никуда не сворачивали. Близился вечер, и нас ожидала вероятность блуждания по Марафону в темноте.

Маленький греческий городишко по стечению обстоятельств стал известен всему миру как место знаменитейшей битвы греков с персами. А дистанция от Марафона до Афин, которую пробежал на радостях один из воинов, неся весть о победе, стала спортивным эталоном.
Всему миру известен, только не грекам, там живущим! Но мы этого еще не знали и около пяти часов вечера, следуя к Марафону, позвонили Саше в Афины, обещая прибыть туда часа через три.
О, как мы ошибались!!! Марафон стал нашим первым (из четырех) Греческим Разочарованием.
Из достопримечательностей в Марафоне нас ожидали: курган над могилой 192 афинских гоплитов, еще один курган над захоронением 9 платейцев, некрополи ранне- и среднеэлладского периода и музей.
Первым нас встретил указатель к кургану афинян. Он предлагал свернуть направо, но мы гордо проследовали мимо.
К слову сказать, Марафон (в отличие от всех остальных греческих развалин) был единственным местом в Греции, куда хотела попасть не только я. Хотя, строго говоря, Димона интересовало здесь одно — поле битвы. Насколько мне было известно, на месте боя была установлена мемориальная колонна — Tropaiou (Трофей), и найти ее нам представлялось делом пустяковым. Единственное, что было против нас, это время. Поэтому курганы и музей мы решили не посещать, сосредоточившись на поисках поля боя. И уже скоро, следуя по дороге сквозь Марафон, мы увидели указатель «Trophy of the Battle of Marathon».
Сейчас я опишу дорогу и окружающую местность, чтобы была понятна следующая история.
Итак, дорога (Marathonos Avenue), по которой мы ехали к Марафону, никак не прерываясь, вошла в городок. Вместо разделительной полосы посреди дороги шло ограждение. В нем на равных промежутках были сделаны разрывы, над которыми, однако, висит знак «разворот запрещен». Полоса каждого направления была шириною в две машины. Очень много светофоров на практически пустой дороге. Вдоль пути — одноэтажные дома или пустые участки, обнесенные сеточным забором. И первый указатель торчал как раз в сторону такого участка. Понятное дело, он (указатель) относился вовсе не участку, а к какому-нибудь повороту направо, который мы пока не увидели. Метров через 20 табличка продублировалась, в этот раз предлагая небольшой супермаркет. И как раз за ним у нашей дороги появилось правое ответвление. Мы свернули направо и километров 5 проехали по местности, стремительно превращающейся в сельскую, — по сторонам теснились поля и пятна кустарников. Больше указателей на «battlefield» не было!
Нам ничего не оставалось, как вернуться обратно, к указателям. Если внимательно выполнять требования дорожных знаков, то развернуться нам удалось бы только на выезде из Марафона. Поэтому через 10 минут Дима решил нарушить запрет на развороты. Снова появились друг за другом оба указателя и супермаркет. Вот здесь мы и остановились, решив опять вступить в контакт с аборигенами.

Внимательно изучив табличку «Trophy of the Battle of Marathon», мы пересекаем небольшую стоянку для машин (буквально метров 15 перед входом в магазин), входим и оказываемся сразу у длинного ряда касс. Он пуст, лишь в крайней кассе спиной к нам сидит барышня и бездельничает. На Димино приветствие она реагирует достаточно бурно, забывая о работе и всем корпусом поворачиваясь к нему. Юность кассирши вселила в Диму надежду, что она хоть немного знает английский язык, и он задает волнующий нас вопрос — где же все-таки находится это самое поле битвы? Девушка улыбается, и на лице у нее написано, что они ни черта не понимает, но появление иностранцев ее развлекает. Тут же появляется стайка (штук 5) ее соратниц. Они тоже улыбаются и начинают активно общаться между собой. Мимика их настолько выразительна, что, не зная греческого, мы практически понимаем, о чем они говорят.
— Смотрите, иностранцы чего-то хотят… Такие смешные… Нифига непонятно!
— У нас кто-нибудь знает английский?
— Не-а, хотя постойте…
Кассирша вспоминает, что есть у них одна сотрудница (скажем, Люська), которая знает английский язык. Нестройный хор девичьих голосов зовет Люську. Из недр магазина появляется еще одна барышня и, узнав причину вызова, тут же принимает горделивую позу. А как же — ведь она ЗНАЕТ английский язык. Ей указывают на Димона, и он пока еще с улыбкой повторяет свой вопрос. Девушки ловят каждое его слово и с надеждой смотрят на Люську — вот сейчас она расшифрует им, что же хочет этот парень. А Люська меняется на глазах — она хмурится, сутулится, поджимает губы и, в конце концов, поворачивается к Диме спиной. На ее лице (я стою сбоку ото всей компании и вижу это) осознание того факта, что ЭТОТ английский язык вовсе не похож на ТОТ язык, который она считала английским. Люська терпит в глазах подруг филологическое фиаско, и весь табор замолкает и погружается в раздумья. Мы терпеливо ждем.
И тут одной девушке приходит в голову спасительная мысль. Она хватает микрофон и кого-то, видимо, вызывает к кассам. Через пару минут оттуда же, из глубины магазина, выбегает мужчина лет 40 в синем рабочем халате. Видно, что он испуган (наверное, решил, что зафасовал что-то не так). Девчонки наперебой объясняют ему суть проблемы, и мужчина вздыхает с облегчением). Теперь уже без улыбок Дима повторяет свой вопрос. И вдруг на хорошем английском этот грек отвечает, что, к сожалению, не знает, где бы могло находиться это самое поле битвы (какой такой битвы???). Девушки ликуют! Не хватает оваций и чепчиков в воздухе.
И тут у Димона заканчивается терпение. Немного невежливо он тычет пальцем в окно магазина, из которого великолепно видна надпись на злосчастном указателе, и вопрошает: «А это что??? Поле битвы! И оно должно быть где-то рядом!!!» Грек смотрит в окно, читает и на его лице отражается изумление — нам понятно, что этот указатель он видит в первый раз. Подумав, мужчина говорит, что ЗДЕСЬ, в супермаркете, этого трофея нет! Мы в шоке — каждый день проходя на работу мимо злосчастного столба, этот грек никогда не читал, что на нем написано и, видимо, вообще не представляет, о чем речь! Подумав еще раз, он предполагает, что, по его мнению, поле битвы должно быть километрах в двух по дороге назад.
Мы выходим из магазина, возмущенные темнотой проживающих в Марафоне греков. Под предыдущим указателем (20-ю метрами ранее по дороге) мы видим греческого деда, и Дима, под моим давлением, читает ему с указателя два греческих слова — «махис Марафон» (что, собственно, и означает «Марафонская битва»). Дед в ужасе переспрашивает: «Махис?!» и шарахнувшись от нас, заторопился в супермаркет, повторяя «махис», «махис». Да, контакт с аборигенами не вышел!

На другой стороне дороги стоит машина, а рядом молодой человек. Мы, вновь закрывая глаза на знаки, разворачиваемся и, остановившись рядом, спрашиваем, говорит ли он по-английски. Молодой человек, приветливо улыбаясь, отвечает: «Little» и вызывает из машины еще двух девушек. Мы с трудом втолковываем им, что ищем, и они отправляют нас на… полкилометра назад.
Мы послушались и в указанном месте обнаружили то ли другую деревушку, то ли район Марафона. Проплутав там еще с полчасика, мы возвращаемся к нашему супермаркету.
Посидели в машине, подумали и решили, что будем биться до конца. То есть, до темноты. На часах было почти 9 вечера — мы уже около четырех часов шарахаемся по этой деревне.
Потом мы еще подумали. И результатом мозгового штурма стало решение ехать к музею. Понятное дело, он наверняка был уже закрыт. Но вдруг там случайно висит карта, где указано местоположение Трофея.
И карта действительно была.

На ней видно самую главную дорогу Марафона — Marathonos Avenue (она идет по середине рисунка снизу вверх) и ответвление направо. Жирное бордовое пятно слева («You are here») — это музей, а в правом вернем углу указано место битвы. Внизу карты зеленое пятно — курган афинян, а синее пятно вверху карты — начало марафонской дистанции. Красные надписи по всему рисунку — различные достопримечательности типа некрополей, отдельных могил и захоронений.
Выходило, что, в первый раз свернув за супермаркетом направо, мы все правильно сделали, но оказались (по греческим меркам, видимо) нетерпеливы и несообразительны. Нам бы километров через 6 свернуть бы еще раз направо, на какую-то неприметную сельскую дорогу, проехать бы по ней еще несколько километров, тут бы мы и увидели долгожданный Трофей. Но мы не догадались и поплатились за это.

Но ничего, мы проделали этот путь еще раз и… чуть не проехали мимо Трофея. Если бы не щит с фотографиями, мы бы ни за что не догадались, что здесь, за небольшой (в одну комнату) церквушкой, в зарослях травы и кучках овечьего помета стоит он — греческий Трофей Марафонской битвы!
Десятиметровая современная колонна с ионической капителью являлась результатом наших более чем четырехчасовых поисков!

Это было слишком. Злые, мы покидали Марафон с проклятиями в адрес современных греков. Еще 120 километров, и мы, конечно, будем дома, но ведь их еще надо проехать. Разумеется, ни в какие Афины мы уже не попали, а в Лутраки вернулись уже к полуночи.
По Аттике в этот день мы намотали 435 км.

Юлли Улетова

Путешествия Нового Геродота © 2017 Все права защищены

Материалы на сайте размещены исключительно для ознакомления.

Все права на них принадлежат соответственно их владельцам.